Денежное обращение в эпоху перемен Откуда берутся деньги Частные деньги Делай деньги
Глава 43

В десять часов утра Джозеф Коузелка подъехал к зданию «Кей энд Джи», небоскребу, возвышающемуся над всем деловым районом Денвера. Вестибюль на первом этаже здания гудел голосами сотен мужчин и женщин в деловых костюмах и полнился стуком их каблуков, отраженным от полированных гранитных полов. Четыре ряда лифтов шли вдоль четырех стен. Три из них предназначались для жильцов дома, квартиры которых занимали тридцать этажей небоскреба. Один – для клиентов и сотрудников «Кей энд Джи», фирма располагалась на этажах с тридцать первого по пятидесятый.

Коузелка остановился у поста охраны перед лифтами для сотрудников. Охранник вежливо улыбнулся, едва не сконфуженный тем, что правила писаны для всех.

– Доброе утро, сэр. Подойдите, пожалуйста, к сканеру.

Коузелка шагнул вперед и заглянул в окошко сканера сетчатки глаза. Это устройство было частью высокотехнологичной системы защиты «Кей энд Джи». Сканер мог установить личность сотрудника по рисунку кровяных сосудов глаза, расположенных за сетчаткой.

Загорелся зеленый свет, свидетельствующий о том, что личность подтверждена. Охранник нажал на кнопку, открыв проход к лифтам для сотрудников.

– Удачного дня, сэр, – сказал он.

Коузелка кивнул и прошел дальше. Каждое утро ему приходилось разыгрывать эту глупую сцену, следуя правилам, которые никто не может нарушить, даже он сам. Но он всегда с удовольствием вспоминал случай, когда охранник поприветствовал его уважительным «Доброе утро, мистер Коузелка!» и пропустил без идентификации. Коузелка в ту же минуту уволил его. Для его друзей из «Клуба банкиров», с которыми он особенно любил курить сигары, это была наглядная демонстрация того, что генеральный директор фирмы ничем не отличается от любого рядового сотрудника. И не важно, что у того пятидесятилетнего охранника была жена и трое детей, живших теперь на его пособие по безработице. Коузелка не слишком заботился о нуждах работников – куда важнее создать собственный образ.

Это действительно был всего лишь образ. Такие слова, как «равенство» и «ответственность», не входили в словарный запас сотрудников «Кей энд Джи». Фирма имела всего нескольких акционеров – Джозеф Коузелка владел пятьюдесятью одним процентом, его дети – остальными сорока девятью. Никакие беседы на Уолл-стрит о том, что пора бы компании выйти на широкую публику, не могли бы лишить юристов Коузелки покоя. Он знал, что расширение круга акционеров приведет к ослаблению его власти. Коузелка не нуждался в увеличении продаж. Все, чего он хотел, это власть – власть над огромной корпоративной империей, которая имела прямое отношение к завтракам, обедам и ужинам американцев, а также к пестицидам, удобрениям, кормам, семенам, разведению крупного рогатого скота, рыбным хозяйствам – в общем, ко всему, что связано с пищевой промышленностью. Но еще большую прибыль приносила торговля товарами широкого потребления. Под дорогой потолочной лепниной поднебесного офиса Коузелки висело электронное табло, на котором каждую минуту высвечивалась информация о состоянии рынка.

Лифт остановился на тридцать первом этаже. Коузелка перешел в свой личный лифт, доставивший его в кабинет-пентхаус.

Половина пятидесятого этажа принадлежала ему. Другая половина была разделена между членами правления, которые не принадлежали к семье, но выполняли все прихоти Коузелки. Никаких декоративных излишеств в холле не было. На дверях – отполированная медь. На стенах – панели из вишневого дерева. Мозаичный паркет полов укрыт шелковыми коврами. Умопомрачительный горный пейзаж на панорамной стене не мог оставить равнодушным никого, но сам Коузелка воспринимал это как нечто само собой разумеющееся – вот уже двадцать лет он мог менять изображение, с тех пор как отец умер и оставил ему в наследство пульт управления, весь офис и тридцатимиллиардную компанию, принадлежащую их семье.

Перейти на страницу: 1 2 3
 




Copyright © 2018 - All Rights Reserved - www.moneystylers.ru